Православная церковь о театре и актерстве: отношение, мнение и ответы на частые вопросы

Театр и Церковь. Отказаться от шаблонов

Театр и Церковь. Отказаться от шаблонов

Просмотров: 5381     Комментариев: 0

Он так естественно изображал страдания, что зрители были в восторге. Вдруг актер велел всем замолчать и объявил, что он действительно христианин и не отречется от Господа.  За это исповедание святого Ардалиона предали мучительной смерти – сожгли на раскаленной сковороде…

Сегодня мы живем в другом мире, во внешних своих проявлениях не таком жестоком к христианам. Однако отношения Церкви и театра по-прежнему складываются непросто. В минувшие века Церковь настолько не принимала все, что связано с театром, что актеров даже было запрещено хоронить в церковной ограде.

Это было связано с тем, что актеры в те времена совсем не играли по Станиславскому, а изображали языческих богов и богинь, подражая древнегреческим мистериям.

Обратите внимание

Сегодня театр не имеет ничего общего с язычеством, но у некоторых церковных людей, быть может, плохо знакомых с театром в его лучших проявлениях, профессия актера ассоциируется исключительно с лицедейством, с притворством, с ненастоящей, придуманной жизнью. Люди уверены: театр уводит человека от Бога и если ты актер, значит, априори не можешь быть церковным человеком.

Справедливо ли такое утверждение? Не является ли оно ложной предвзятостью? Может ли театр, который так часто потрясает наши сердца, всегда и во всем быть делом не богоугодным и душевредным? В чем подлинные искушения театрального ремесла и чем они отличаются от искушений других профессий? Чтобы разобраться в этой непростой теме, мы попросили рассказать о своем опыте взаимодействия с театром двух людей – известного саратовского актера театра Драмы имени Слонова Юрия Кудинова  и настоятеля храма в честь Воздвижения Креста Господня г. Хвалынска, священника Виталия Колпаченко. Решаясь на этот диалог, мы хотели протянуть мостик между двумя мирами – церковным и театральным, постарались отставить в сторону стереотипы и взглянуть на проблему глубоко и непредвзято.

Юрий Кудинов, актер: «Профессия актера — это таинство,
когда оно очищено живым светом служения»

Человеку, волею судеб оказавшемуся в горниле такого сложного организма как театр, и готовому при этом потрудиться на винограднике своего духовного возрастания, мягко говоря, не позавидуешь. Это как если бы вы намереваетесь поехать в Москву, а на руках имеете билет до Иркутска. Что делать?.

Обывательский взгляд на театр и его служителей во все времена был примерно одинаков. Глядя изнутри, признаем: публика не без основания высказывает едкие суждения, вешает ярлыки, высмеивает, ругает, перемывает косточки и т.д. Сценическое искусство уязвимо в своей субъективности и специфике  данного коллективного труда.

Правда, любая публичная профессия имеет все эти «преимущества» и актёрская не исключение. Актеры – это люди повышенного общественного внимания. Как избыток, так и недостаток этого внимания актёров портит. Порой это происходит быстро, порой годы забвения превращают некогда  известного «премьера» в озлобленного на весь мир старика.

Изначально профессия актёра находится в непримиримом антагонизме к христианской идее о самоотречении и смирении.

Какое смирение, когда есть жгучая потребность самовыражения, жажда ролей и побед, новых спектаклей и фильмов, творческих встреч и новых афиш, интервью и статей! Жёсткая внутрицеховая конкуренция заставляет актёров всегда быть в форме, всегда быть готовым сражаться за место под театральным солнцем.

Добавьте к этому закулисье театрального храма, где царят далеко не дружественные слова и взгляды коллег по сцене. Неудовлетворённость и несправедливость здесь преследуют каждого. Спросите любого из актёров – обязательно кем-то или чем-то он недоволен.

Неудовлетворённость порождает уныние, а оно жаждет забвения хоть на время, что приводит к известному пороку пьянства. Но чаще всего люди творческих профессий грешат осуждением. Так уж сложилось. Судят коллег, приезжего режиссёра, гастролёров, дебют молодого дарования и т.д.

Злорадствуют по поводу «провалившейся» премьеры, мучительно завидуют, если премьера удалась. Практически всё будет против возникшего желания жить благочестиво и уж тем более соблюдать церковный устав. Почему-то в театре очень любят назначать премьеры в день строгого поста, а корпоративные вечеринки в канун двунадесятых праздников.

Важно

  В своём желании вы к тому же рискуете остаться в полной изоляции, особенно трудно будет в гастрольных поездках. Нет, актёров, что «украшают» свои гримуборные бумажными иконками и крестятся перед выходом на сцену немало, но какое это имеет отношение к живому чувству  веры? Добавим, что  специфика данного труда располагает  к часто возникающим влюблённостям, которые перерастают в «романы», а те в свою очередь в семейные драмы, которые нередко заканчиваются человеческими трагедиями. Как сохранить чистоту? Верность любимой? Здесь искушения на каждом шагу.

Но почему же грешная природа театра так привлекает молодых? Престиж профессии в современном мире не высок. Труд тяжёлый и крайне мало оплачиваемый. Актёров, добившихся признания и житейского благополучия, единицы. Однако приток молодых дарований в театральные школы не ослабевает.

Наверное, большинству из них кружит голову дым будущей славы, но есть и те, кто видит в этой профессии возможность служения людям. Посредством своего скромного дара, в союзе с великими классиками: Пушкиным и Гоголем, Достоевским и Толстым, Чеховым и Горьким, – они горят желанием изменить мир.

Ну, вот и ответ, а точнее вопрос, найден: Кто ты? С чем ты приходишь в мир? На что ты готов положить свой талант, если таковой случился? Кто-то мечтает проложить свой путь в искусстве («Моя жизнь в искусстве»), а другому не важен этот «свой» след. И если ты выбираешь пройти в театре смиренной и жертвенной дорогой, будь готов к искушениям и ударам судьбы.

На деле это значит не искать ролей, не заискивать, не человекоугодничать, отказываться от сомнительных проектов, не принимать участия в пересудах и т.д. Какому театральному руководителю понравится такой строптивый артист?! А это новые проблемы. Всё упование нужно возложить на Бога. Ждать и верить, отказываться и верить, быть с Господом и не сомневаться в Его промысле о тебе.

И если уж так случилось, ты – актёр, научись не противопоставлять веру и театр. Главное то, что происходит в твоей душе. С Божьей помощью, пусть даже в таких обстоятельствах, возможно выстроить свою работу, свою жизнь сообразно христианским ценностям.

Заповеди можно и нужно соблюдать везде: и дома, и на работе, и в гостях – театр здесь не помеха, скорее даже помощник и хорошая школа живой веры. Замкнуться в  себе или спрятать свои убеждения здесь не удастся, да и незачем. Но чтобы выстроить эту гармоничную лестницу личностных ценностей потребуется время, которое поможет взрослению телесному и духовному.

Нужно будет немало потрудиться. Почитать святых отцов, постоять на службах, пообщаться со знающими людьми, поездить по святым местам. Но главное – это трезвое и внимательное отношение к своей жизни и таланту. Ниточку веры так легко потерять и так непросто  снова найти.

Совет

Правда есть и короткий путь – это горячая, неудержимая «юношеская» вера, когда вершина твоей цели окрыляет и манит к себе, её свет и чистота освещают твою жизнь так, что тебе не нужно делать насыпь, класть шпалы и рельсы, грузить багаж и отправляться в путь. Один взмах – и ты там. Однако таких счастливчиков мало. Театр – это таинство. Когда оно очищено и освещено действительно живым светом добра и служения людям, тогда театр может стать спасительным пластырем духовного выздоровления общества.

Фото из личного архива Юрия Кудинова

Священник Виталий Колпаченко:
«Театр может стать ступенью к Церкви»

Мой отец — режиссер народного театра, заслуженный работник культуры РФ, и я еще со школьных лет участвовал во многих спектаклях, которые он ставил. В старших классах вопрос выбора профессии стал очень остро, но на театральный факультет консерватории я попал, взяв академический отпуск по окончании двух курсов в университете. И сразу почувствовал внутреннюю борьбу: мир театра и притягивал, и отталкивал одновременно

Я испытывал необъяснимый для себя внутренний дискомфорт, уныние, тоску. До воцерковления тогда еще было далеко, и, тем более, до мыслей о священстве, хотя вера во мне жила.

Помню, как наш саратовский преподаватель по актерскому мастерству Римма Ивановна Белякова всегда говорила нам, что когда выходишь на сцену, нужно мысленно сажать в зрительный зал самого дорогого человека, и как это не странно, — может быть, даже кощунственно, я всегда в зал «сажал» Христа…

Думаю, в театре меня привлекала именно идея служения: донести что-то до людей, изменить мир.

Но почему нападали такие почти депрессивные состояния, до сих пор объяснить не могу, может быть, просто душа интуитивно чувствовала, что это всё — не мое.

Год прошел в мучениях, как-то не хватало духу уйти самому, а потом меня, наконец, отчислили за непосещаемость. И что самое поразительное, когда это случилось, я испытал такую радость, такое облегчение, что махнул домой пешком через весь город.

Однако все оказалось не так просто. После окончания университета, будучи увлеченным идеями каких-то постановок, которые хотелось воплотить, я отправился в Москву поступать на режиссуру. И здесь вновь возникло это тягостное внутреннее противоречие: и притягивает, и отталкивает.

Я поехал в Троице-Сергиеву Лавру к местному насельнику, иеромонаху Науму, за советом. Свой вопрос я построил так: благословите меня служить Богу искусством театра и кино. А он мне без лишних философствований ответил: тебе не этим надо заниматься. Я принял его слова, как от Бога.

Обратите внимание

Мы можем сегодня видеть ни один пример, когда известные актеры, обретая веру, пытаются уйти из профессии, но потом возвращаются. И хотя они это объясняют какими-то объективными причинами, мне все-таки кажется, что возвращение происходит еще и потому, что не до конца в них это перегорело.

Думаю, что уходить из профессии трудно тем, кто действительно увидел однажды в этом род служения, а попытавшись уйти, не нашел, как реализовать свое желания служить в каком-то другом деле. Хотя, подчеркиваю: это мои догадки, которые могут быть ошибочны.

Мне кажется, что когда актер искренне считает, что можно, условно говоря, доехать из Саратова до Москвы через Иркутск, то в какой-то момент в ответ на эту искренность Господь даст понимание, что такой крюк делать излишне — надо выйти из этого состава дальнего следования и пересесть в прямой поезд «Саратов-Москва».

В данном случае я разделяю взгляд Гоголя, утверждавшего, что театр может стать ступенью к Церкви. Если ты чувствуешь, что можешь совмещать свое актерство и свою церковную жизнь, или вообще не чувствуешь, что в твоей жизни одно другому противоречит, то тогда продолжай.

А если театр уже взрастил тебя до Церкви, то тогда вылетай из этого «родительского гнезда», чтобы устремиться выше. То есть, на мой взгляд, когда человек предельно искренен с самими собой, то рано или поздно он дойдет до той точки, в которой почувствует потребность сделать выбор.

Я не говорю человеку, который еще не на той стадии: бросай все, это тебе не нужно. Если мотивация актера — служение ближним, это очень хорошо. Ведь были в этом смысле люди исключительные, которые именно так воспринимали свое дело: Евгений Вахтангов, Михаил Чехов, Андрей Тарковский.

Другое дело, что для христианина некоторые актерские техники просто непозволительны. Чтобы коснуться души зрителя, ты должен сопереживать материалу, вжиться в образ.

Хотя, конечно, когда актер при этом вживается настолько, что перестает чувствовать грань между своей личностью и образами, в которые он перевоплощается, — это пагубно скажется на его душе. И здесь надо быть очень осторожным, чтобы это не превратилось в болезнь сознания.

Важно

И возможно в таких случаях тоже стоит задуматься о целесообразности существования в данной профессии, по крайней мере, для христианина. Потому что Богу важна и ценна именно твоя личность в ее чистом виде, без примесей каких-то других — вымышленных и привнесенных насильно «личностей».

Да и вообще, не стоит христианину рассчитывать на эти техники, а иными словами на свои собственные силы.

Живи праведно, живи по-христиански, и Господь, видя твое чистое сердце, даст тебе возможность воздействовать на человека, начнет как бы говорить с ним через тебя (только, конечно, это ни в коем случае не должно становиться самоцелью, потому что такие состояния называются духовной прелестью).

Дело в том, что, только изменяя себя, ты изменяешь мир. Я как священник вижу: говоришь человеку один раз, другой раз, десятый раз — он не слышит. «Почему?», — задаешь неустанно вопрос. И находишь его в святоотеческой литературе: только слово очищенного от грехов человека имеет способность к духовному воздействию.

А когда люди пытаются какими-то техническими внешними приемами воздействовать на других, они объективно оказываются не способными поразить человека так, что он захочет измениться.

Потому что без содействия Божиего, которое возможно только очищенному аскетическим подвигом сердцу, ни слова, ни поступки, разыгрываемые на сцене, в сердечную глубину другого не войдут. Тем более, когда режиссер пытается каким-то образом эпатировать публику, возмущать, запутывать или навязывать зрителям свои извращения, это, по-моему, просто портит театральное искусство.

Наиболее, как мне кажется, здоровый и правильный театр — когда он является иллюстрацией к литературному или драматургическому произведению, и даже иногда лекцией в театрализованной форме.

Мы видим неплохой опыт так называемых, православных театров, где члены труппы подбирают нравственно здоровый репертуар, отказываются в своих постановках от сомнительных техник, эпатажа, от установки на эффект в ущерб содержанию, и помимо всего прочего вместе пытаются вести церковную жизнь.

Совет

А когда человек в одиночестве, ему в этой среде очень тяжело. Ведь все-таки, на мой взгляд, природа Церкви и природа театра слишком различны.

Читайте также:  Женский святодуховский монастырь в путивле

Однако все многообразие жизни трудно вместить в какие-то рамки. Каждая судьба, каждая душа индивидуальна. Если даже взглянуть на ответ, полученный мной от отца Наума — я вполне допускаю, что кому-то другому он бы и дал свое благословение.

Главное для человека в театре — не играть с самим собой, быть с собой предельно искренним и честным, и тогда Господь выведет на путь спасения. Либо он тебе какую-то нишу в театре дарует, либо ты найдешь единомышленников в своей среде, и из этого единения, возможно, родится что-то новое и душеполезное.

Либо Господь просто выведет тебя из театра, если это не ко спасению души.

Фото Артема Коренюка

Газета «Саратовская панорама» №16 (893)

Источник: https://eparhia-saratov.ru/Articles/2013-04-26-00-17-16-teatr

— ТЕАТР И РЕЛИГИЯОтношения театра и религии в истории человечества удивительны и взаимосвязаны. И теат

ТЕАТР И РЕЛИГИЯ

Отношения театра и религии в истории человечества удивительны и взаимосвязаны. И театр, и религия вышли из одного таинственного источника и поначалу развивались в неразрывном единстве, а позже – то расходились до полного и страшного противостояния, то вновь сближались.

Обряд как театр или театр как обряд?

Религиозные обряды первобытного человека, священнодействия, связанные с мольбой об удаче на охоте или о ниспослании дождя, о защите от злых духов были первыми «постановками», спектаклями, предназначенными для богов.

Исторические свидетельства – наскальные рисунки африканских бушменов или маски индейцев племени чероки – говорят нам, что подражание животным, танцы и разыгрываемые сцены охоты существовали как сложившиеся формы символического поведения, театрализованной ритуальной жизни наших предков.

Восточные театры, как драматические, так и кукольные – индийские, индонезийские, китайские, японские — и до сих пор сохранили отголоски обрядовых ритуальных действ. Например, в индийских языках нет отдельных слов для обозначения понятий «танец» и«драма».

БХАРАТ НАТЬЯМ – танцевальный стиль индуистких храмов Южной Индии, имел сценарии храмовой танцевальной драмы. Духовное содержание передавалось при помощи условных жестов и взглядов.

Считается, что этот вид театра возник за два тысячелетия до появления древнегреческого (афинского) театра.

Религиозные действа изначально использовали все средства, которые сегодня мы считаем безусловной принадлежностью театра – это маска, костюм, грим, это приспособления для изменения голоса, позже трансформировавшиеся в пищик кукольника (им «разговаривает» Петрушка), наконец, это вера в предлагаемые обстоятельства! Служители индуизма, египетские и древнегреческие жрецы применяли всевозможные театральные эффекты, зрительные и слуховые – визуализация религиозных обрядов, оживление статуй, «чудо» – подобные вещи стали отправной точкой развития театральной техники. Собственно, театральные эффекты и приемы так или иначе всегда присутствовали в ритуалах и обрядах и продолжают использоваться практически всеми известными религиями.

Театр или храм?

Взаимовлияние религии и театра происходило, конечно, не только на уровне форм, но на самых глубинных уровнях – языка, эмоциональной включенности, достижения катарсиса.

Обратите внимание

Устройство храмов и театральных зданий имеет несомненное сходство: «зрительская часть»,«портал», «закулисье» в театре – притвор, неф и алтарь в церкви. Это явно родственные структуры: Слово «явление» означает и религиозное чудо, и картину сценического представления.

А само СЛОВО как таковое – первостепенно в любом вероучении, равно как и в драматическом театре.

Поскольку театр был мощнейшим инструментом воздействия, церковь не могла не использовать его. Если же театр выходил из-под контроля – запрещала, уничтожала.

Христианство, став к концу IV века господствующей религией в Римской империи, надолго оказывается под покровительством и даже под опекой государственной власти. В VI в.

под давлением церкви были официально запрещены все театры – за излишнюю свободу мышления и языка.

И в течение несколько веков европейский театр просто не существовал. Уличные актеры, танцоры и фокусники, канатоходцы и дрессировщики со своими зверями, конечно, бродили по дорогам Европы, по ярмаркам и деревенским праздникам, но расцветом искусства это не назовешь. Однако, по словам чеховского персонажа, «без театра нельзя».

И церковь сама возродила театр – но уже религиозный театр в буквальном значении этого термина. То есть театр служил церкви, существовал в рамках христианской религии. Это произошло в IХ в., с возникновением литургической драмы.

Дабы привлечь и образовать прихожан, священники стали включать в церковную службу сценки из жизни и учения Христа.

Важно

Признано, что первой литургической драмой был эпизод Евангелия, когда три Марии пришли ко гробу Христа, и ангел возвестил им о Его воскрешении. Роли Марий исполняли священники, используя наплечные платки, так называемые акмиты, – так они обозначали женскую одежду.

Исполнялась литургическая драма на латыни, и были разработаны четкие режиссерские указания по выходам, мизансценам, репликам и стилю исполнения — величавому и торжественному. С течением времени выделились два вида литургических драм: пасхальный и рождественский.

В рождественский цикл входили сцены шествия пророков, предрекающих рождение Христа, поклонение пастухов божественному Младенцу, поклонение волхвов, сцена с Иродом, а также плач Рахили по убиенным младенцам.

В семнадцатом веке из этого цикла литургической драмы произошел вертеп — славянский кукольный рождественский театр, канонический текст которого включает все эти эпизоды.

Церковь как двигатель технического прогресса

Представления в церкви резко усовершенствовали постановочную технику – придумывались подъемные механизмы для вознесения Христа, эффекты исчезновения в люках, двигалась по небу Вифлеемская звезда.

Вскоре популярность этих зрелищ так возросла, что и зрителям, и «артистам» стало тесно. Кроме того, стал меняться характер представлений, приобретая все более мирской оттенок. В результате в 1210 г.

Папа римский Иннокентий III издал Указ о запрещении показа литургических драм в церквах.

С паперти на улицу…

Из церкви театр перебрался на паперть, а потом и вовсе на улицы. Участвовать в этих представлениях мог теперь и простой народ – в силу нехватки актерского состава. И сюжеты, оставаясь религиозными, обрастали шутками, комическими эпизодами, представления уже не так жестко привязывались к церковным праздникам, а могли происходить и во время торговых ярмарок.

Совет

Хотя в представлениях пел церковный хор, главные роли исполняли священники, декорации и реквизит принадлежали церкви, но участие широкой публики повлекло отказ от латыни, а библейские сцены игрались с большой долей импровизации на бытовые темы. Этот вид представлений назывался полулитургической драмой.

Самая известная полулитургическая драма — «Действо об Адаме» (середина ХII в.).

В ХIII в. возник еще один жанр религиозного театра — миракль. Сюжеты его уже не заимствовались целиком и полностью из Евангелия, а извлекались из апокрифов и легенд.

И вот тут-то мы впервые встречаемся с авторскими пьесами. Тема первого известного миракля, написанного трувером из Арраса Жаном Боделем – «Игра о святом Николае» (1202), связана с крестовыми походами.

И хотя пьеса носила абсолютно идеологический характер, призывая христиан под знамена крестовых походов и обещая покровительство святого Николая, но бытовые сцены здесь занимали уже примерно половину общего действия.

В средние века основными авторами-драматургами являлись священнослужители – в силу образования, направленности ума, да и позже увлечения театром не миновали многие церковники. Герцог Арман-Жан дю Плесси, более известный как кардинал Ришелье, гордился своими пьесами не менее, чем государственными делами. Даже построил для их представления специальный театр.

Стоглавый собор в авангарде театра

Собственно, в иные времена знание театрального дела для духовных лиц было насущно необходимым. Скажем, в России Стоглавый собор Русской православной церкви в 1551 году возложил на духовенство обязанность создавать духовные учебные заведения.

И в тоже время – повсеместно утверждать идею религиозно-государственного единства. Вот задача! Самым эффективным средством для достижения этой цели оказался театр. Именно так в России появляются школьная драма и школьно-церковные спектакли, которые ставились в театрах при академиях и коллегиях.

Со страниц книг на сценические подмостки переносились аллегорические фигуры, олицетворяющие государство, церковь, античный Олимп, мудрость, веру, надежду, любовь. Изучение латинского языка стимулировалось постановкой пьес на латыни.

Обратите внимание

Педагоги, выступавшие против античного репертуара, находившие его опасным и неудобным, начинали сами писать пьесы.

«Бедные питомцы академии, составив из себя артели, уходили по разным губерниям и слободским полкам для сбору подаяний. Они представляли диалоги, комедии, трагедии и прочее. Сии хождения называли репетициями».

Так школьные спектакли были вынесены из стен академии и представлены народу. Школьно-церковный театр сыграл огромную роль в развитии театрального искусства в России. Древнеславянское же название театра – «позорище» – сохранилось в некоторых странах (Сербия) по сей день.

В Европе ХIV в. полулитургическая драма видоизменилась в мистерию. Религиозная сторона мистерии постепенно стиралась, ее захлестнула стихия зрелищности, юмора, народных традиций.

Это обусловило и очередное осложнение отношений театра и церкви: к середине ХIV века практически во всех странах Европы показы мистерий были запрещены. Так закончилась средневековая история религиозного театра.

Много веков они никак не могли разобраться между собой – театр и религия. То призывая театр в свои пределы, то изгоняя, отрезая языки скоморохам, запрещая хоронить актеров на кладбищах (только за оградой), религия словно боролась за духовный приоритет. Потому что эмоциональное и духовное воздействие театра было порой не менее сильным.

Постановки мистерий обусловили появление первых театральных профессионалов — так называемых братств, осуществлявших всю подготовку и показ спектакля. Возникали театры, не имеющие прямого отношения к церкви.

К середине ХVI в. европейский театр уже обрел абсолютно самостоятельное культурное значение и не зависел так сильно от религиозной идеологии. Хотя отношения его с церковью по-прежнему бывают непросты. Современная же христианская церковь призывает различать цели и пути искусства – куда оно нас зовет, вверх или вниз?

Диалог театра и религии продолжается. И, верно, не окончится никогда…

Источник: https://galactikka.com/news-553762451f395d8b488b45f1

Церковь и театр

В преддверии нового театрального сезона решил написать об отношениях Церкви и театра.  Быть может, антиклерикалы опять разворчатся и скажут, что церковники лезут во все сферы жизни  общества.

Но не будем обращать внимание на подобное ворчание, так как для воцерковленной части общества этот вопрос сохраняет свою актуальность.

Может ли верующий человек ходить в театр, ведь раньше Церковь запрещала театральные постановки? Почему до революции актеров хоронили за церковной оградой? Попробуем разобраться в хитросплетениях данного вопроса.

Важно

Для начала несколько слов о происхождении театра.  Театр в понимаемом нами современном смысле этого слова зародился в Греции, и ведет свою генеалогию от мистерий в честь Диониса.

  На театральных подмостках того времени прославлялись языческие божества и мифология, о чем свидетельствуют сами названия пьес: «Ипполит увенчанный», «Прометей прикованный» и многие другие. То есть античный театр был связан с определенными ритуальными действиями.

 Он был религиозным в языческом смысле этого слова  и показывал сюжеты античной мифологии, в том числе и сексуальные похождения божеств.

Конечно же, зарождавшееся христианство не могло воспринять данную часть античной культуры, так как  прославление языческих божеств противоречило ему.

Быть может, критики скажут, что христианство принесло с собой лишь разрушение, уничтожение целого пласта античной культуры. Конечно же, скажут. И будут не правы. Вспомним, что писал святитель Василий Великий об античной культуре и о том, как христианину относится к наследию великих умов прошлого.

В своей 22 беседе «К юношам о том, как получать пользу из языческих сочинений» святитель пишет: «когда пересказывают вам деяния или изречения мужей добрых, надобно их любить, соревновать им и, как можно, стараться быть такими же.

А когда доходит у них речь до людей злонравных, должно избегать подражания сему, так же затыкая уши, как Одиссей, по словам их, заградил слух от песней сирен».  Святитель воспринимает театр именно как место для языческих зрелищ: «Всего же менее будем внимать им, когда говорят что-нибудь о многих богах, и притом разномыслящих.

У них брат в раздоре с братом, отец – с детьми, и у детей опять скрытная война с родителями». 
Итак, святитель предлагает из любой культуры выносить что то хорошее, что есть в ней, но ни в коем случае не брать оттуда негативные примеры.  По данной логике поступят в Средневековье, когда будут создаваться христианские мистерии.


Мы же вернемся в первые века христианства. Для Иоанна Златоуста театр-это арена, на которой бушуют самые низменные страсти: «Не говори мне, что представляемое в театре есть одно лицедейство. Это лицедейство сделало многих прелюбодеями, и многие семьи разрушило».

Совет

Отношения Церкви и театра всегда были сложными, о чем свидетельствует и история русского театра.  Кирилл Туровский, например, называл музыкальные инструменты, используемые в театре, «сопелями сотонинскими».

Распространенные на Руси представления скоморохов осуждал и Домострой,  и Стоглавый Собор. Но что осуждалось? Осуждался ли профессиональный театр? Или же представления, имеющие низкую степень нравственности и взывающие к самым низменным частям человеческой души? Конечно же, второе.

Но как же тогда быть с тем, что Церковь даже после становления профессионального театра хоронила актеров за церковной оградой? Данная традиция была связана с тем, что профессия актера накладывала существенный отпечаток на его духовную жизнь.

Понятие личности – одно из важнейших в учении святых отцов-каппадокойиев и неотъемлемая часть христианского вероучения. И актер как бы рискует своей личностью, «проживая» чужие жизни, исполняя на сцене чужие грехи и страсти.
Прошло время.

 Сейчас Церковь уже не хоронит актеров за кладбищенской оградой, но  продолжает напоминать актерам одну вещь-театр бывает разный. На его сцене могут быть пьесы, призывающие к благочестию или имеющие какую то религиозную проблематику, а могут быть и эротические спектакли, обращенные лишь к самым низменным страстям человека.

Читайте также:  Икона пресвятой богородицы "знамение"


Церковь смогла приспособить театр под свои нужны. В средневековой Европе, а затем и в России, создавались представления на религиозные мотивы, так называемые мистерии. В них рассказывались основные моменты библейской истории, сотворения человека, грехопадения, пришествия в мир Христа и многое другое.

Как мы видим, Церковь воплотила в жизнь принцип, предложенный еще Василием Великим, и превратила театр из языческого зрелища в новую арену для проповеди.
Такова краткая история отношений Церкви и театра.  Суть их заключается в особом понимании природы вдохновения. Это касается не только театра, но и вообще всего творчества.

Что двигало автором, создавшим песню, или написавшим произведение? Почему после прочтения «Тошноты» Сартра остается чувство безысходности и бессмысленности человеческого бытия, а иконы Рублева наполнены огромной энергией, побуждающей к жизни? Суть в природе вдохновения – является ли это результатом страстей человека или же навеяно благодатью и написано в состоянии внутреннего покоя.  Автор вкладывает свою душу в произведение, и оно становится своего рода зеркалом этой души. И читая произведение, мы понимаем, что в этой душе находится – будь то безысходность Сартра или одиночество Кафки, или же морально-религиозные размышления Толстого и многое другое. «По плодам их узнаете их» (Мф.7:16)-эти слова вполне могут быть отнесены к отношениям Церкви и искусства. Именно по плодам Церковь судит о современных формах искусства. 
          Как Церковь относится к современному искусству? Эта проблема приобрела особую актуальность в последнее время, когда странные выходки Femen и Pussy Riot пытаются представить как искусство. 
Конечно же, можно возразить, что каждое новое направление искусства в момент своего зарождения является маргинальным по своей сути явлением и лишь потом, с течением времени признается остальным миром. Так было и с гением Леонардо – не все его открытия были признаны при жизни. 
Я хотел бы провести параллель между  «творчеством» Пусси и Д.С. Мережковским. Как известно, Мережковский был создателем так называемого «нового религиозного сознания», выразившегося в идее «Третьего Завета». Практической реализацией данного направления было «служение» «Евхаристии» на цветах.  Каковы были плоды этого? К сожалению, духовный кризис в Российском обществе, порожденный повальным увлечением оккультизмом, привел к революции…
Смотреть в природу того или иного явления – вот суть христианского отношения к творчеству в целом и к театру в частности.
 «Все мне дозволено, но не все полезно»(1 Кор. 6: 12) –подсказывает нам Евангелие.  Так будем же следовать этому принципу в отношении  к театру, к творчеству, и ко всей нашей жизни.

Источник: https://church-history.livejournal.com/151175.html

Русские святые отцы XIX века о театре » Против УЭК

24-10-2016

Театр – храм, актер – жрец; священнодействуй, или убирайся вон!

                                                                             К.С. Станиславский

   Прочитав на днях в православном издании слова одного артиста о том, что у театра и церкви много общего и что у театра есть своя миссия, захотелось сделать небольшую подборку высказываний святых отцов Русской Православной Церкви XIX века об их отношении к этому вопросу.

Приводить слова древних святых считаю излишним, поскольку современные апологеты театра сошлются на то, что в древности он был языческим и грубым. Что ж, давайте узнаем мнение святых, во времена которых Россия была православной империей а в Великий Пост театры закрывались.

Обратите внимание

   Эта подборка сделана не с целью настроить кого-то против людей актерской профессии, поскольку это было бы грехом, а в противовес попыткам представить театр как нечто полезное с точки зрения христианства и даже миссионерское.

Предположим, где-то и ставят спектакли, способные принести душевную пользу, но, если рассматривать это явление целиком, ни о какой пользе говорить не приходится. Театр — элемент мира сего, так же как футбол, бокс и многое другое.

От попыток их воцерковления православие не станет доступней и ничего не приобретет, кроме обмирщения.

* * *

Прп. Амвросий Оптинский

   Что представляют зрителям в театрах, как не сцены из народной жизни. Прибавить к сему нужно, что сцены эти, по временам, бывают очень грязны. Кроме того, какая обстановка в театре? Светская музыка, не дающая возникнуть в душе человека ни одной духовной мысли, ни одному духовному чувству.

А эти рассеянные лица зрителей, переглядывающихся, смеющихся, иногда пересмеивающих друг друга, а при некоторых сценических представлениях приходящих в негодование, выражающееся в бурных криках, или увлекающихся сладострастными чувствами, сопровождающимися неумолкаемым смехом и азартными рукоплесканиями, и прочее.

Это ли школа нравственности? Наоборот, это школа безнравственности, способная заморить в душе человека последние остатки доброй нравственности, если только она в нем есть. Оттого теперь и появляются люди, подобные вашему N, — спорливые, упорные, раздражительные, — что они учатся нравственности в театрах.

Приходилось слышать, что некоторые называют театр порогом церкви. Пожалуй, с этим можно согласиться, что театр есть порог церкви, только с заднего крыльца.

Спросим еще: все, делающееся в театрах, какое должно иметь влияние на неиспорченную натуру молодого человека? Без сомнения, оно должно породить и укрепить в нем звериные чувства с неизменными скотскими потребностями. О преимуществе же храмов Божиих пред театром я считаю и говорить излишним.

Свт. Игнатий Брянчанинов

Важно

    Познакомься с Богом заблаговременно, частыми молитвами стяжи дерзновение, дабы, когда должно будет предстать на Страшный суд, могла ты упросить Судию быть к тебе милосердым.

Оставь угождение диаволу в различных мирских забавах, послушайся Спасителя, возвестившего: горе смеющимся ныне! Горе насыщенным ныне! — Вопреки завещанию Сына Божия, диавол установил балы, театры и прочие забавы; деньги те приносятся в жертву диаволу, кои могли бы быть принесены в лице нищих Господу Иисусу Христу, Который воздаст дающему милость сторицею в будущем веке. — Займись чтением Божественных книг с благоразумною умеренностью, сохраняющею надолго вкус и утончающею оный, и умножающею сердечную жажду Божественной правды, сими книгами поведуемой.

Свт. Феофан Затворник

   Церковность есть как бы отпевание и отчитывание от омрачения, производимого дыханием мирского духа.

Коснется ли кого эта зараза — беги в церковь, и все отойдет; или будь неуклонно верен указаниям Церкви — и мир не найдет случая приразиться к тебе; ибо все, что есть в мире, есть и у нас в Церкви, только в чистейшем и божественнейшем виде… Там гулянья — у нас святые праздники; там балы — у нас церковные служения; там театры — у нас божественные священнодействия.

Сравнивай всякий, что лучше, и не увлекайся пустою приманкою и не оставляй ради ее существенного, плодотворного и питательного. Итак, живи по-церковному — и будешь жить как в духовной атмосфере и ограде, и силы твои никогда не ослабеют в тебе к продолжению пути, и никакие приманки не увлекут тебя на распутия.

   Кто к чему имеет сочувствие, тот туда и влечется. Кто имеет сочувствие к делам спасения, к ним и стремится. Имеет кто сочувствие к другому чему, к тому и бежит. Вот отчего и бывает, что, тогда как одни спешат в церковь, другие едут в театр, на бал или гулянье… Но, сами знаете, чего ожидать от сих последних?

    Когда человек был в союзе с Богом, — находил вкус в вещах Божественных и освященных благодатию Божиею. По падении он потерял этот вкус, и жаждет чувственного. Благодать крещения отрешила от сего, но чувственность снова готова наполнить сердце. Не должно допустить до этого, должно оградить сердце.

Самое действительное средство к воспитанию истинного вкуса в сердце есть церковность, в которой неисходно должны быть содержимы воспитываемые дети.

Совет

Сочувствие ко всему священному, сладость пребывания среди него, ради тишины и теплоты, отревание от блестящего и привлекательного к мирской суете, не могут лучше напечатлеваться в сердце. Церковь, духовное пение, иконы — первые изящнейшие предметы по содержанию и по силе.

Надобно помнить, что по вкусу сердца будет назначаться и будущая вечная обитель, а вкус у сердца там будет такой, каким образуют его здесь. Очевидно, что театры, балаганы и тому подобное негодны для христиан.

И худо не это одно, что вы внушаете детям противное заповедям Христовым, но и то еще, что нечестие прикрываете благозвучными именами, называя постоянное пребывание на конских ристалищах и в театрах светскостью, обладание богатством — свободой, дерзость — откровенностью, расточительность — человеколюбием, несправедливость — мужеством.

Свт. Иоанн Кронштадтский

    Обыкновенное средство прогонять тоску у людей века сего — вечера, карты, танцы, театры. Но эти средства после еще более увеличивают скуку и томление сердца.

…Когда читаем светские сочинения, мы не трогаем его [дьявола], и он нас не трогает.

Как примемся за священные книги, начнем мыслить о своем исправлении и спасении, тогда мы идем против него, раздражаем его, мучим его злобу, и вот он нападает на нас и взаимно мучит нас, — что же делать? Не бросать же доброго дела, душеполезного чтения, молитвы, а надо терпеть и в терпении спасать свою душу.

В терпении вашем стяжите души ваша (Лк. 21, 19), говорит Господь. Это же применить надо к театрам и церкви, к сцене и к богослужению.

В театре многим приятно чувствуется, а в церкви — тяжело, скучно, — отчего? Оттого, что в театре все прекрасно подлажено чувственному человеку, и диавола мы там не трогаем, а тешим его, и он нам делает удовольствие, не трогает нас: веселитесь себе, друзья мои, думает, только смейтесь да Бога не помните.

В церкви же все приспособлено к возбуждению веры и страха Божия, благочестивых чувств, чувства нашей греховности, растленности; и диавол всевает в наше сердце сомнения, уныние, тоску, лукавые, скверные и хульные помыслы, — и вот сам себе не рад человек и стоять не может, час трудно простоять. И бежит скорее вон. Театр и церковь — противоположности. То — храм мира, а это храм Божий; то — капище диавола, а это — храм Господа.

Обратите внимание

   О как тщательно диавол и мир засевают своими плевелами ниву Христову, которая есть Церковь Божия. Вместо слова Божия усердно сеется слово мирское, слово суеты. Вместо храмов мир изобрел свои храмы — храмы суеты мира: театры, цирки, собрания; вместо св.

икон, которых миролюбцы не принимают, в мире существуют живописные и фотографические портреты, иллюстрации и разные другие виды; вместо Бога и святых в мире почитают до обожания своих знаменитостей — литераторов, актеров, певцов, живописцев, владеющих общественным доверием и уважением до благоговения.

Бедные христиане! Совсем отпали от Христа!

   Театр усыпляет христианскую жизнь, уничтожает ее, сообщая жизни христиан характер жизни языческой. Воздремашася вся и спаху (Мф. 25, 5); между прочим, этот гибельный сон производит в людях и театр. А потом что? Науки, в духе языческом преподаваемые, заботы житейские, усиленные донельзя, любостяжание, честолюбие, сластолюбие.

Театр — школа мира сего и князя мира сего — диавола; а он иногда преобразуется и в ангела светла (2 Кор.

11,14), чтобы прельщать удобнее недальновидных, иногда ввернет, по-видимому, и нравственную пьеску, чтобы твердили, трубили про театр, что он пренравоучительная вещь и стоит посещать его не меньше церкви, а то пожалуй и больше: потому-де, что в церкви одно и то же, а в театре разнообразие и пьес, и декораций, и костюмов, и действующих лиц.

   Оправдывают игру в театре и называют ее полезною и нравоучительною или безвредною, или, по меньшей мере, меньшим злом в сравнении с пьянством и распутством, и с этою целью стараются заводить повсюду театральные зрелища.

Удивительное дело, что христиане не нашли лучшего средства для препровождения драгоценного времени, как театр, и по происхождению, и по значению своему сохраняющий доселе характер языческий, идолопоклоннический, характер суетности, пустоты, вообще показывающий в себе полнейшее отражение всех страстей и безобразий мира сего, похоти плоти, похоти очей и гордости житейской, и лишь редко, редко доблестей сынов отечества, и то, конечно, сынов отечества земного, а не небесного. Все небесное, святое, носящее печать христианства, чуждо театру, если же когда входит на сцену, то как предмет насмешки: самое имя Божие, страшное для всей твари, произносится здесь лишь легкомысленно, иногда со смехом, кощунственно; звания священные, напр. монашеское, — это ангельское звание — осмеивается; уважение к начальству, к родителям, к священным лицам подрывается, когда публично осмеиваются некоторые предосудительные действия этих лиц, пред лицом всего общества, пред лицом легкомысленной молодежи, даже детей, для которых должны быть священны имена их родителей и начальников.

   Иногда довольно одного неуважительного или непристойного слова относительно старших, чтобы подорвать к ним должное уважение.

Важно

Так ли стали христиане легкомысленны, что не находят лучшего средства к провождению драгоценного времени, кроме театра, и из-за него оставляют храм Божий, богослужение, и драгоценное праздничное время, данное Богом для поучения в слове Божием, в спасительных размышлениях и в делах добродетели, безумно расточается на пустые дела, на смехотворство и глупые рукоплескания в театрах? Нет, как хотите, а театр богомерзкое учреждение. […] Горе тому обществу, в котором много театров и которое любит посещать театры.

…изнеживают, расслабляют и смущают душу образы житейской суеты, на которые мы с полным удовольствием и сочувствием сердца смотрели; лишают чистоты сердца и дерзновения пред Богом; потому благо не ходить в театры, не посещать светских, веселых, пышных собраний, не видеть кружащихся в вихре танца, не смотреть на мирские зрелища, представляющие многоразличную суету мира сего. Благо же непрестанно прилепляться сердцем к единому Богу (см. Пс. 72, 28); а в мире столько приманок, что не насытится око зрети.

Читайте также:  Икона пресвятой богородицы "благодатное небо"

…Театр также погашает веру и христианскую жизнь, научая рассеянности, лукавству (или умению жить в мире), смехотворству; он воспитывает ловких сынов века сего, но не сынов света. Театр — противник христианской жизни; он порождение духа мира сего, а не Духа Божия. Истинные чада Церкви не посещают его.

https://blackfirebrand.wordpress.com/2016/03/31/русские-святые-19-века-о-театре/

 ..

Источник: http://protivkart.org/main/9202-russkie-svyatye-otcy-xix-veka-o-teatre.html

Священство и профессии. Размышления о проблеме их совмещения

16 января на официальном сайте Русской Православной Церкви был опубликован для общественного обсуждения проект документа Межсоборного присутствия: «Профессии, совместимые и […]

16 января на официальном сайте Русской Православной Церкви был опубликован для общественного обсуждения проект документа Межсоборного присутствия: «Профессии, совместимые и несовместимые со священством».

Этот документ указывает на назревшую проблему.

Он говорит о том, что в современных реалиях клирики зачастую просто вынуждены совмещать священнослужение с работой по светской специальности (например в диаспоре или в сёлах), так как небольшое количество прихожан просто не позволяет им содержать свою семью на средства прихода. Однако, подобное совмещение признаётся в тексте проекта, так сказать, «неизбежным злом».

Документ указывает на то, что в идеале клирики должны «питаться от благовествования», то есть с пожертвований, делаемых прихожанами за их пастырскую и богослужебную деятельность.

При этом, текст новеллы предлагает ограничить перечень профессий, которыми можно заниматься клирикам, исключив из него все специальности, которые можно посчитать аморальными, все профессии, связанные с ношением и использованием оружия, бизнесом, госслужбой и деятельностью суда (в т.ч. и адвокатскую практику), а также правоохранительных органов. А кроме того, воспретить клиру любую медицинскую деятельность, профессиональные занятия спортом, танцами, пением и актёрством.

Таким образом, документ вольно или невольно касается целого ряда сложных вопросов церковной жизни, как то:

  • Какой пример подают нам в плане совмещения профессиональной и духовной жизни Господь, апостолы и святые?
  • Допустимо ли священнослужителю вообще иметь какую-либо внецерковную специальность и в каких случаях она может понадобиться?
  • Что делать, если работа по специальности приносит пользу Церкви, людям и развитию личности самого клирика?
  • Как организовать деятельность приходов таким образом, чтобы священникам (в диаспоре или сёлах с малым количеством прихожан) не приходилось отвлекаться на сторонние заработки?
  • Какие специальности действительно являются канонически и морально возбранными для священнослужителя, а какие на самом деле не имеют оснований для запрета?

Поскольку проект документа предполагает и прямо призывает Церковь к обсуждению данного текста, постараемся ответить на поставленные им вопросы или хотя бы дать его авторам и нашим читателям новую пищу для размышлений.

Господь, апостолы и святые — слова и жизненный пример

Прежде всего рассмотрим пример жизни и учение Главы нашей Церкви — Господа Иисуса Христа, а также его апостолов и святых, в жизни и словах которых мы всегда находим твёрдое основание для устроения нашей жизни.

Сам Господь имел специальность плотника и, до выхода на общественное служение, помогал в работе своему наречённому отцу святому Иосифу Обручнику. Также и после выхода на общественное служение Спаситель не только проповедовал, но и занимался исцелением множества страждущих от болезней.

Совет

Конечно, Его целительство имело больше общего с чудотворением, чем с медициной, но тоже может быть квалифицировано, как профессия.

При этом Господь, исцеляя болящих, не только помогал их телам, но и располагал их души к принятию Своего учения, то есть Его действия имели и сильный миссионерский эффект.

Апостол Павел, как об этом справедливо упоминает обсуждаемый документ, пояснял верующих, что священники справедливо могут претендовать на содержание общиной: «Разве не знаете, что священнодействующие питаются от святилища? что служащие жертвеннику берут долю от жертвенника? Так и Господь повелел проповедующим Евангелие жить от благовествования» (1 Кор. 9, 13-14). Однако сам он никогда не жил на пожертвования, предпочитая заниматься плетением палаток и честный труд совсем не помешал ему просветить половину Римской империи.

Другие апостолы в своих путешествиях также часто занимались трудом. Многие из них, по примеру Господа, исцеляли больных, а автор одного из Евангелий апостол Лука даже был профессиональным врачом.

Среди святых молитвенное делание и священнослужение сплошь и рядом сочеталось с физическими или умственными трудами. Самые суровые аскеты, читая молитвы, тут же плели на продажу корзины, ковры и верёвки.

Многие священнослужители были писателями или поэтами. В первые века несколько святых, написавших апологии христианству, занимались адвокатской деятельностью. Также многие святые были учителями и строителями.

Некоторые из них совмещали свои профессии со священнослужением и вполне успешно.

Особое же место среди профессий святых занимает целительство и медицина. Святитель Лука Крымский был практикующим хирургом и преподавателем, а вообще в области здравоохранения и социальной помощи трудилось огромное количество святых. Это и бессребренники и преподобные и даже святители.

Кроме того, слова Господа также увязывают миссию апостолов в мире по крайней мере с целительством: «ходя же, проповедуйте, что приблизилось Царство Небесное: больных исцеляйте, прокажённых очищайте» (Мф. 10:7-8).

Обратите внимание

Таким образом, можно говорить о том, что святые подавали нам пример совмещения священнослужения и не мешающих ему полезных занятий.

Может ли священник иметь профессию и где она может ему понадобиться

В современных реалиях, скорее всего не только может, но и должен и тому можно привести несколько аргументов.

Во-первых, профессия — это всегда определённый образовательный уровень и жизненный опыт, который может послужить укреплению авторитета священнослужителя среди своей паствы.

Во-вторых, священник может иметь очень маленький приход в сельской местности или/и большую семью, быть отправленным в храм за рубежом, где община также очень мала, быть по тем или иным причинам запрещён в священнослужении, получить несовместимую со священнослужением травму (пальцы рук, глаза и т.п.) и попасть в иные обстоятельства, когда ему придётся найти альтернативный источник средств к существованию и профессия может сильно ему в этом помочь.

В-третьих, сегодня на священников часто возлагается множество обязанностей и послушаний, которые требуют определённой профессиональной подготовки. В этой связи любой профессиональный навык может оказаться нелишним.

Например, строительный — при возведении храма, юридический — при регистрации прихода, журналистский — в издательском деле, врачебный — в организации службы социальной помощи, педагогический — в работе воскресной школы.

В-четвёртых, профессия преподавателя, врача или, скажем, писателя имеет большой вес в обществе и может помочь священнику в проповеди Слова Божия.

Польза Церкви, ближним и собственной душе

Случается и так, что человек просто не может не реализовывать данные ему Богом таланты. Они буквально рвутся из него наружу.

Так случилось, например, с преподобным Иоанном Дамаскиным, которому духовник некоторое время для смирения запрещал писать поэмы и духовные гимны, пока не был самой Божьей Матерью вразумлён к тому, что препятствовать святому Иоанну не стоит и тот делает богоугодное дело.

Важно

Или более близкий к нам пример уже упомянутого святителя Луки (Войно-Ясенецкого), который был не только архиереем, но и подлинным мастером хирургии, спас тысячи жизней, написал множество научных трудов и привёл ко Христу десятки тысяч коллег и своих пациентов.

Или ныне здравствующий иеромонах Фотий (Мочалов), победивший в проекте «Голос», поющий для людей трогательные русские романсы, перемежая их с духовными песнопениями, и самим своим присутствием на эстраде многих подвигнувший к тому, чтобы задуматься о месте Бога в своей жизни и о том, что современное эстрадное творчество может быть приличным и красивым.

Неужели человеку нужно «подрезать крылья» и запрещать заниматься каким-то интересным профессиональным делом, если это помогает ему раскрыться полнее и, возможно, даже придаёт дополнительные силы к его основной деятельности в церковном клире? Если его деятельность дополнительно служит во мнении общества доброй славе Церкви? Если благодаря ей многие люди получают помощь и поддержку? Вряд ли это будет правильным решением.

Можно ли помочь священникам не отвлекаться на светскую работу?

В первом веке, когда у апостолов появилась необходимость разгрузить себя от мирских попечений и сосредоточиться на проповеди Евангелия, Церковью был основан институт диаконства.

Диаконы были призваны «пещись о столах», то есть заниматься хозяйственно-административными обязанностями в общинах.

Таким образом Церковь преобразовалась для того, чтобы успешно осуществлять свою главную функцию — спасение человеческих душ. Возможно настало время для новой реформы?

Имеется в виду не изобретение очередного духовного сана, а предложение гораздо менее радикальное, которое уже высказывал митрополит Иларион (Алфеев) — перестроить зарубежные приходы по образцу греческих «церковных кварталов».

В таком квартале рядом строятся четыре здания — храм, трапезная (дом священника), воскресная школа и доходный дом. Помещения последнего имеют отдельный выход в противоположную от храма сторону и сдаются в аренду уличным кафе, мастерским и магазинам.

Совет

А на деньги, полученные за эту аренду содержится храм, воскресная школа и семья священника. Примерно так можно решить проблему храмов в диаспоре.

С сельскими храмами всё несколько сложнее, но и для них можно что-то придумать, например, перераспределить в их пользу доход больших городских соборов или выделять сельским батюшкам единовременную епархиальную субсидию в виде недорогой машины, коровы и нескольких десятков куриц, чтобы они могли кормиться со своего хозяйства.

Специальности, которыми может и которыми не может заниматься священник

Представленный в проекте обсуждаемого документа список профессий-исключений можно разделить на три категории: безусловно правильные ограничения, ограничения, правильные с оговорками и совсем неверные.

К безусловно правильным ограничениям следует отнести канонически запрещённые профессии — те, что связаны с ношением и применением оружия, ведением бизнеса, ростовщичеством, судейством и дознанием, а также ряд аморальных профессий, расписывать которые подробно не будем.

К тем, что могут быть ограничены с оговорками — госслужбу, профессиональные занятия спортом, выступления на эстраде, в театре или кино, а также адвокатскую практику.

Разве не может священник представлять в суде интересы обижаемого гражданина? Разве не вправе он, как настоящий пастырь, вступиться за него, если может? Чему могут помешать спортивные достижения отцов? Здесь всё настолько ситуационно, что лучше бы оставить разрешение для клириков на такие профессии на усмотрение священноначалия, дающего персональное благословение в каждом конкретном случае.

Наконец, то что смущает больше всего — это запрет для священнослужителей заниматься любой медицинской деятельностью. Он явно не особенно продуман.

Во-первых, пример святых и Господа, а также Его слова свидетельствуют о том, что врачевание — это почётное, допустимое и даже желательное служение для священников.

Во-вторых, к тому нет канонических запретов.

Обратите внимание

В Номоканоне, на который ссылаются авторы документа, приведённое ими правило о полной недопустимости кровопролития находится не в том месте и звучит совсем не так.

На самом деле там написано следующее: «Пресвитер, монах врачуяй, или жилу секий, да есть празден священнодейства дний 7», то есть после операции, неделю пусть не совершает священнодействий.

Опасность же невольного убийства, действительно служащая поводом для извержения из сана, для хирурга ничуть не больше, чем скажем для водителя, строителя, повара, электрика и любых других профессий, которыми мог бы заниматься священник.

Кроме того, в строгом смысле даже смерть больного на операционном столе почти никогда не означает врачебной ошибки хирурга.

Хирурги работают бригадами, где каждый отвечает за свой маленький участок работы, а пациент к ним, как правило, поступает с тяжёлыми повреждениями или заболеваниями, которые сами по себе способны привести к его смерти.

В-третьих, непонятно, почему священнику должно быть запрещено заниматься врачебной практикой в широком смысле.

Ведь кроме хирургов бывают ещё и врачи-стоматологи, клинические психологи, отоларингологи и офтальмологи, лаборанты-фельдшеры, фтизиатры, педиатры, рентгенологи, медбратья и другие медицинские работники, работа которых практически никогда не может привести к смерти больного, а также ветеринары, которые в принципе не работают с людьми.

В-четвёртых, как уже отмечалось выше, врачебная деятельность направлена на активное выражение веры действием, на помощь ближнему и может послужить ещё и к обращению пациентов врача-священника к Богу.

Важно

В-пятых, в Церкви уже очень много врачей-священников, что делать с ними? Да и историческая практика свидетельствует в пользу такого совмещения не только в лице святителя Луки Крымского, но и на примере врачевателей при больших монастырях и семинариях.

Более развёрнутые аргументы в защиту врачей-священников можно почерпнуть из статьи «Болящыя изцеляйте» священника Михаила Капчица, опубликованной на портале Богослов.ру, который также считает что этот пункт из списка нужно изъять.

Борьба с причинами вместо борьбы со следствиями

Само по себе появление подобного документа симптоматично и свидетельствует о том, что многие священники сегодня вынуждены совмещать свои обязанности в клире с профессиональными.

И в этой связи, создание приемлемых условий для служения священников в сельской местности и в диаспоре предстаёт гораздо более важным, чем создание списка профессий, совместимых или не совместимых со священнослужением.

Возможно всё-таки настало время перераспределить церковные расходы в пользу устроения жизни священников, диаконов и церковнослужителей — пономарей, певчих и других храмовых работников.

Чтобы в наших храмах наконец стали появляться крепкие общины, а священники действительно освободились от мирских забот и совмещения профессий ради двух своих основных функций — принесения бескровной евхаристической жертвы и пастырского душепопечения.

Андрей Сегеда

Источник: https://pravoslavie.fm/opinion/svyashhenstvo-i-professii-razmyshleniya-o-probleme-ih-sovmeshcheniya/

Ссылка на основную публикацию